Мнения

Украина сейчас — одно из самых интересных мест в мире

  • 1
  • 0
Анатолий Мирошниченко

Интервью с юристом Анатолием Мирошниченко об уважении к своей земле, Конституции, необходимости изменений в Украине и возможности на них повлиять

Педагогическая сдержанность, сквозь призму которой просматриваются — черты типичного юриста, порядочного украинца, а потом еще и глубокая погруженность в любимую юридическую тему. После разговора остается стойкий привкус уверенности — судебная реформа в Украине болезненная, но необходимая, почти как хирургическое вмешательство, а земельный мораторий следует отменить прямо сейчас. Это вызывает огромное уважение. Сначала к собеседнику, а затем и к стране, которая воспитывает таких людей.

Lawyers Daily: Анатолий, как проходит судебная реформа в Украине?

А. Мирошниченко: Я очень надеюсь, что судебная реформа будет иметь тот эффект, на который надеется общество, по крайней мере для этого есть все предпосылки. Но следует понимать, что быстро положительного эффекта не будет и Украину ждет сложный и болезненный период. Предполагаю, что на время ситуация даже ухудшится из-за отсутствия судейских кадров и затрудненного доступа к правосудию. Однако, как это всегда бывает, после тяжелого периода наступает улучшение.

Lawyers Daily: Сколько, по вашим прогнозам, продлится ухудшение?

А. Мирошниченко: Ухудшение будет достаточно длительным. Возможно, полтора или два года будет ощущаться нехватка кадров, то есть нехватка судей со всеми негативными последствиями для тех, кто ищет правосудия.

Lawyers Daily: О чем идет речь, когда говорят о недостатке кадров?

А. Мирошниченко: Сейчас в Украине работает около 8000 судей, за непродолжительное время после принятия изменений в Конституцию Украины в части правосудия освободилось (в основном ушли в отставку) несколько сотен судей, и уже можно найти суды, в которых не осталось судей, которые могут осуществлять правосудие.

Впрочем, даже без учета массовых увольнений судей в последние месяцы нагрузки на судей, прежде всего, первой инстанции, было колоссальным. Существовали случаи, когда судья в течение года решал более 900 гражданских дел (и этим его нагрузка не исчерпывалась). Поверьте мне, это физически неподъемная нагрузка. И я заявляю со всей ответственностью, что осуществлять правосудие в таких условиях просто невозможно. Когда судей становится меньше, большинство дел распределяется между меньшим количеством судей, и нагрузка возрастает еще больше. О каком качестве может идти речь? Конечно, это негативно сказывается на сроках и на качестве.

Lawyers Daily: Можно ли оправдать ухудшение качества правосудия?

А. Мирошниченко: Один из авторов судебной реформы принял такую ​​аллегорию: мы пытаемся отремонтировать корабль на ходу. И это очень точное сравнение. А ремонтировать корабль на ходу очень трудно. Впрочем, без ремонта корабль вообще утонет.

Хочу подчеркнуть, что реформа, которая была направлена ​​на обновление судейских кадров, — правильная. Судьи, освободившиеся сознательно использовали свое конституционное право, реформа только подтолкнула эту тенденцию. Сейчас можно говорить о том, что процесс можно было сделать более постепенным, и, как следствие, менее болезненным. Но здесь я хочу сказать следующее: «Хорошо иметь ум задним числом». Лично я не могу упрекнуть создателей реформы в какой-то недальновидности. Возможно, кое-что можно было сделать лучше, но четкое видение того, как именно сделать, сформулировать очень важно, почти невозможно.

Lawyers Daily: Если бы вы лично имели возможность переписать судебную реформу, что бы вы оставили, а что изменили бы?

А. Мирошниченко: Дьявол в мелочах, как говорится. Некоторые технические вопросы остались нерешенными, и ключевой проблемой остается судейский корпус. Например, в настоящее время затормозилось увольнении судей с должностей в отставку. Проблем в правоприменении можно было бы избежать, более однозначно выписав переходные положения. Однако очевидно, когда задумывались обновления, никто даже не мог спрогнозировать возникновение подобной проблемы. Хотя проекты обнародовались, активно обсуждались, и если бы мы еще тогда понимали, что такая проблема возникнет, у нас была бы возможность сформулировать свои предложения к проекту закона. Но прежде мне и моим коллегам даже не казалось, что такая проблема может возникнуть и я считал, что те положения, которые были изложены, должны толковаться однозначно, но получилось не совсем так.

Итак, если обобщить все сказанное мной, я лично положительно оцениваю судебную реформу, хотя и признаю, что сложный и болезненный период просто неизбежен.

И мы как раз в той самой ситуации, когда корабль надо ремонтировать на ходу, где-то даже следует снять паруса, чтобы его починить

Я еще раз подчеркиваю, что в реформировании ставка делается на замену кадров, а она должна проходить на основе прозрачных конкурсов. И я очень надеюсь, что будут проведены действительно прозрачные и честные конкурсы, после которых к работе станут не просто профессиональные юристы, а те, которые соответствуют понятию доброчестности. Вот это действительно окажет огромное влияние на судебную систему.

Lawyers Daily: Каким будет порядок привлечения судей к дисциплинарной ответственности?

А. Мирошниченко: Четкая процедура привлечения судей к дисциплинарной ответственности судей пока не прописана, но это не значит, что совершенные сейчас или ранее судьями дисциплинарные проступки останутся безнаказанными. Правда, сейчас некий переходный период, когда еще не принят закон о Высшем совете правосудия. Поэтому я хочу сказать, что есть задержка с процедурой дисциплинарного производства, но основы привлечения судей к дисциплинарной ответственности законом очерчены и вряд ли они существенно изменятся.

Я бы хотел коротко и упрощенно охарактеризовать модель привлечения судей к дисциплинарной ответственности. Итак, дисциплинарная ответственность — это ответственность в очевидных, вопиющих случаях, когда имеет место не просто судейская ошибка, а речь идет о грубой небрежности или злом умысле, то есть когда судья поступил недобросовестно, и это очевидно для стороннего наблюдателя. Только тогда его можно привлечь к дисциплинарной ответственности. Именно только ошибочное решение, даже, если оно очень не нравится какой-то стороне в процессе или адвокату, основанием для дисциплинарной ответственности быть не может. Судейское мнение должно быть защищено.

Lawyers Daily: Как изменится процедура привлечения судьи к уголовной ответственности в соответствии с судебной реформой?

А. Мирошниченко: Согласно новой реформе порядок привлечения судьи к уголовной ответственности значительно упрощается. Уже есть пример, когда была избрана мера пресечения в отношении одного судьи, правда, это не было связано с взятием его под стражу. Этот случай просто подтвердил целесообразность внесения изменений в Конституцию.

Lawyers Daily: Анатолий, вы специалист по земельному праву. Расскажите, пожалуйста, о своем отношении к земельному мораторию?

А. Мирошниченко: Мораторий — это очень плохо, причем со всех точек зрения. Ответ на ваш прогнозируемый вопрос «почему» хочу дать на примере. Есть статистика, что большинство владельцев земельних паев — пожилые люди. Есть еще одна статистика о среднем размере земельного пая — это 4 га. Что владелец, например, бабушка, может сделать со своими 4 га? Может ли она этот пай обработать? Конечно же, нет. Может ли она его продать? — Тоже нет. Итак, что мы имеем? А имеем мы сузившийся круг возможностей, когда владельцу некуда деться. С другой стороны стоят потенциальные арендаторы. Что при таких обстоятельствах будет происходить с арендной ставкой? Конечно, она будет падать. И сейчас она настолько низкая, что даже трудно подобрать прилагательное, чтобы адекватно ее охарактеризовать. Итак, мораторий каждый день «вынимает» у владельцев паев деньги из кармана. Это, на мой взгляд, не только аморально, но и незаконно. Хотя ограничения прав крестьян осуществляется на основании закона, но этот закон не правовой. Я уверен, что он противоречит и Конституции Украины и Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Исходя из статистических данных об уровне смертности, я попытался посчитать, сколько владельцев паев умерли, так и не дождавшись возможности распорядиться своей землей. У меня при самых консервативных подсчетам вышли ужасные цифры — таких людей более 1 миллиона. Значительная их часть умерла в нищете, не имея денег на достойную старость и лечение. Можно ли оправдать запрет этим людям распоряжаться своей собственностью? Думаю, вопрос риторический

Когда сторонники моратория оправдывают его тем, что крестьяне — владельцы паев их, простите, пропьют, для меня, как для юриста, дискуссия заканчивается. В европейской стране, а мы будто бы туда идем, не может быть людей второго сорта. И если наши политики хотят оглосить 7000000 крестьян такими, пусть выйдут и вслух об этом скажут.

Мораторий имеет и другой аспект. Понятно, что арендаторы выигрывают от такой низкой арендной платы (фактически, обогащаясь за счет крестьян — собственников), но возникает и следующий вопрос:

как арендаторы используют чужую землю? Всем понятно, что для арендатора недоступно инвестирование и он никогда не будет вкладывать в эту землю столько, сколько вкладывал бы владелец, потому что она не его собственность, а значит эффективность использования земли будет неизменно снижаться

Именно поэтому в Украине на огромных площадях растет рапс, подсолнечник и другие культуры, истощающие почву. Именно поэтому в Украине массово уничтожаются лесополосы и мелиоративные системы.

Хочу прокомментировать еще один аргумент в пользу моратория — о приходе иностранцев, которые якобы купят всю украинскую землю. Уверяю вас, что все, кто хотел прийти, пришел и арендует землю без каких-либо ограничений. Большой агрохолдинг может взять в аренду большие массивы земли, так как крестьянам-владельцам паев просто некуда деваться, им недоступна альтернатива. Скупить же большой массив из лоскутков по 4 га гораздо труднее, скажем прямо — почти нереально. А отмена моратория позволит начать формировать устойчивые небольшие, но жизнеспособные фермерские хозяйства, основанные на частной собственности.

Отмена моратория откроет для небольших фермеров дешевое ипотечное кредитование. Причем именно такая структура — сравнительно небольших фермерских хозяйств — наиболее привлекательна для общества

Учитывая вышеизложенное, считаю, что мораторий не просто аморальный и незаконный — это самоубийство для украинской экономики.

Lawyers Daily: Уехали бы вы жить и работать за границу, получив выгодное предложение?

А. Мирошниченко: Я свободно владею английским языком, на базовом уровне — немецким, у меня очень много друзей среди коллег за рубежом. Я имел реальные возможности уехать за границу и на учебу, и на работу, однако ими не воспользовался и не намерен делать это в будущем. На мой взгляд Украина сейчас, кроме того, что это моя родина, является одним из самых интересных мест в мире. Это, кстати, признают и мои зарубежные друзья.

Наша с Вами страна — это место, где творится история и именно в этих условиях есть возможность сделать что-то полезное. В «развитых» странах жизнь гораздо более сытая, стабильная и спокойная, но у нас можно попробовать сделать что-то необычное, большое и светлое, по крайней мере, очень хочется верить в то, что мы можем сейчас на что-то повлиять.

Автор: Жанна Гаращук

  • 1
  • 0

Комментировать