Банковский сектор Интервью

«Права банков в Украине абсолютно не защищены на законодательном уровне»

Олена Коробкова

Для защиты своих прав и лоббирование интересов более шести лет назад возникла идея создать Независимую ассоциацию банков Украины (НАБУ). Формируя серьезную команду, в этой организации были все шансы стать главной площадкой для украинских банков, что и произошло.

На сегодняшний день Ассоциация объединяет 96% активов всей банковской системы страны, а в ее состав входит 51 банк. Это крупнейшая банковская ассоциация, которая не только занимается построением стабильной банковской системы в Украине, но и организует уроки финансовой грамотности для граждан. Главная миссия, по словам исполнительного директора НАБУ Елены Коробковой, — восстановить доверие к банковской системе. Но не менее важно и восстановления доверия банков к своим клиентам. Почему в Украине до сих пор существует такая проблема и что ждет банковский сектор 2018 — Елена Коробкова рассказывает для .

: Банковскому сектору Украины со времен политических потрясений пришлось несладко. Многие банки не были готовы к новой политике Национального банка, что в некоторых случаях приводило к закрытию отделений. Елена, по вашему мнению, сейчас ситуация в банковском бизнесе выравнивается?

Е. Коробкова: Если подводить итоги, то можно сказать, что 2017 год стал вполне успешным для украинских банков. Система пережила самый сложный период в своей истории, когда с рынка ушла большая часть игроков, и наконец-то вышла в прибыль. По итогам десяти месяцев прошлого года, общий доход наших банков превысил 2 млрд. грн. Банки научились жить в новых реалиях, но проблем от этого меньше не стало. Их решение, увы, зависит не столько от банков, сколько от законодателей и НБУ. Некоторые из этих проблем, из-за популизма, паровозом тянутся из года в год.

Например, никак не решается проблема с практическим отсутствием защиты прав кредитов. Из всех сфер жизни Украины, судебная система претерпела наименьшие изменения – в этой отрасли практически ничего не изменилось. Как и раньше, банки тратят годы и миллионы на судебные тяжбы по кредитам, выданным под залоги, которые мошенническим путем были выведены или обесценены. По статистике, с $1 выданного в кредит банки в среднем случае возвращает $0,089– остальное уходит на судебные издержки. В Украине один из самых высоких уровней проблемных и безнадежных кредитов – 56% от общего количества. И такая ситуация продолжается уже несколько лет. Преимущественно, речь идет о кредитах корпоративного сектора и большинство этих «шлаковых» займов «зависли» в государственных банках, которые ранее использовались политической элитой как бездонный карман для развития своих связных бизнесов.

Еще два года назад мы зарегистрировали в парламенте законопроект (№ 2286а), который способен изменить эту ситуацию, но как только он доходит до сессионного зала – у депутатов традиционно не хватает голосов, чтобы его поддержать. Думаю, это связано с тем, что с его принятием у многих там сидящих могут возникнуть реальные финансовые проблемы. Ведь львиная доля заядлых должников украинских банков – это народные депутаты или тесно связанные с ними лица.

: А можем ли мы говорить о том, что зачистка банковской системы уже позади? Можно ли говорить о периоде стабильности?

Е. Коробкова: Да, вы правы. Но я бы не называла этот процесс зачисткой — это была очистка. Зачистка ассоциируется с чем-то насильственным. А очистка имеет более природный характер, что мы и наблюдали в банковском секторе. На самом деле команда Нацбанка за период в 2-3 года серьезно поменяла систему надзора. И он стал намного качественней, чем был. Плюс появилось много европейских директив, которые мы начали имплементировать в украинский банковский сектор за последние годы. Придерживаться их не все смогли. По итогам очищения с рынка ушло больше 90 банков, некоторые из них закрылись из-за непрозрачной структуры собственности. Некоторые банки закрылись из-за несоответствия требованиям финансового мониторинга, потому что их деятельность часто была противозаконной. Порядка пяти банков переквалифицировались в финансовые компании, что стало возможным благодаря принятию соответствующего закона.  Это дало им больше возможностей при совершенно иных, местами упрощенных требованиях. Поэтому можно говорить, что период очистки прошел. Я уверена, что на рынке остались преимущественно надежные банки, которые доказали свою жизнеспособность.

: Вы отметили, что в 2017 году банковский сектор показал неплохие результаты. Можно ли уже прогнозировать, что и 2018 станет успешным?

Е. Коробкова: В 2017 году банки не знали, чего ожидать, поэтому в своих бизнес-планах заложили небольшие прибыли. А сейчас многие банки перевыполнили эти планы, за счет чего произошла генерация прибыли.

2017 год можно охарактеризовать так – хорошо было. Я не думаю, что такая же ситуация будет и в 2018 году, он будет сложнее. В новом году нет предпосылок с точки зрения макроуровня для какого-то роста: законы не голосуются, реформы не проводятся, транша от МВФ не получает Украина, у нас огромный государственный долг, много вопросов к госбюджету.

Поэтому каким будет 2018 год сложно сказать. Но понятно, что нужно принимать необходимые законы, потому что без них ничего не будет. Банкам нужно очистить балансы.

: Такая неопределенность не отталкивает инвесторов от банковского бизнеса?

Е. Коробкова: Банковский бизнес интересен в Украине. Потому что у нас нет таких «драконовских» требований к капиталу, к регистрации банка и т.д. Сейчас, конечно, все стало жестче. Но по сравнению с другими странами, у нас зарегистрировать банк намного проще. Там же нужно пройти семь кругов ада. Кроме того, по сравнению с Европой у нас очень высокие процентные ставки, несмотря на то, что они упали в два раза за последние годы. И некоторые банки даже дают практически «нулевую» процентную ставку по валютным депозитам. При этом банковский бизнес не перестает привлекать иностранных и украинских инвесторов.

Но у нас ярко выражена другая проблема – права банков, как и любых других кредиторов, абсолютно не защищены на законодательном уровне. То есть, нет гуманных судов, которые прозрачно работают и принимают решения не в пользу конкретных людей, а по закону. Почему не инвестируют в Украину? Потому что инвесторы не уверены, что смогут получить эти деньги назад. Мы занимаемся еще тем, что консультируем инвесторов, которые хотят купить банк, потому что знаем, какие банки в Украине хотят продаться или ищут инвесторов. И могу сказать, что нет ажиотажа, никто не спешит купить банк, хотя можно сейчас его приобрести за нормальные деньги. А все потому, что у инвесторов нет уверенности в возврате своих вложений.

Кроме того, сейчас нет того заработка, который был у банковской системы ранее. Очень многое зависит от курса доллара, плюс изменилось законодательное поле. Некоторым банкам пришлось переквалифицироваться. Например, есть в Украине банк, который отказался от кредитования олигархов, и переключился на малый и средний бизнес. Они изменили программы и процессы под малый и средний бизнес. И сейчас этот банк показывает неплохие результаты.

: Как много инвесторов присматривается к банковскому рынку Украины?

Е. Коробкова: Их порядка 5-ти, среди них и украинцы, и иностранцы. У них есть лишние деньги, и они ищут, куда их вложить. Но вопрос заключается в том, что необходимо просчитать все риски. Нужно понимать, что ты покупаешь. Это достаточно длительный процесс.

: Не секрет, что банковский капитал Украины вытекает из страны. Какие шаги нужно предпринять для его удержания?

Е. Коробкова: Создание нормальных условий для честного ведения классического банковского бизнеса. В парламенте застряли порядка 20-ти финансовых законопроектов, которые как воздух нужны банкам, но они не принимаются или из-за популизма, или потому что это противоречит бизнес интересам политических групп. Уже три года мы живем в ситуации постоянных валютных ограничений НБУ. Постепенно они становятся мягче, но это происходит слишком медленно, чтобы способствовать развороту ситуации на 180°. Я не говорю, что эти ограничения не обоснованы – НБУ является таким же заложником экономических реалий страны, как и все мы, но тем не менее – это факт. Пока внутренние и внешние инвесторы, которыми в том числе являются акционеры банков с иностранным капиталом, не поверят, что в этой стране можно честно вести бизнес и не боятся, что заработанные на вложениях в Украину деньги не размоются внезапным скачком девальвации или инфляции, либо не будут забраны мошенническим путем и судебная система при этом останется в стороне, – рассчитывать на изменения ситуации бессмысленно. Украина быстрыми темпами наращивает внешний госдолг, но при этом основополагающие реформы не проводятся – такие, например, как судебная реформа.

: А что по вашему личному опыту самое сложное в банковском бизнесе?

Е. Коробкова: Украина – уникальная страна. Каждый, кто приходит, пытается создать украинский велосипед на четырех колесах, но никто не понимает, поедет ли он. Нам следует набираться опыта у других стран, а не изобретать что-то свое. Такое часто можно наблюдать по законопроектам, которые пишутся нами на основе практики европейских стран, а потом в комитетах Верховной Рады каждый депутат пытается что-то внести от себя и выходит интересный кейс, который не всегда работает.

Постепенно ситуация в этом сегменте стабилизируется, у рынка появляются прозрачные условия, одинаковые для всех. Конечно, есть определенные перекосы с государственными банками. Потому что национализация «Приватбанка» (одна из самых крупных сделок в мире), которую провели с минимальными затратами для населения, привела к смещению конкуренции на банковском рынке. На сегодняшний день доля государственных банков составляет 54% на рынке. Это очень много. А как показывает практика государство не очень хороший управитель.

Также у нас до сих пор действует декрет 1993 года «О системе валютного регулирования и валютного контроля», который уже морально устарел. Там уже нет половины того, что там написано. Сейчас есть законопроект, разработанный рынком и Нацбанком, который предусматривает отмену этого декрета и запуск рынка, что поможет убрать множество ограничений в валютном законодательстве. Это тоже со своей стороны сдерживает инвестиции в Украину.

Но если посмотреть по результатам 2016 года, из 3,2 млрд долл. инвестиций, которые зашли в Украину, 2,4 млрд долл. вложены в банковский сектор. Получается, что инвесторы вкладывают в банковский сектор, но нет предприятий, которые банки могли бы кредитовать. В этом основная проблема. Банкам проще отказать в кредите, чем брать на себя риски клиента и не вернуть вообще деньги. Мы сейчас ждем голосования во втором чтении законопроекта о создании кредитного реестра при НБУ. Это поможет банкам проверять заемщика на этапе выдачи кредита. Если он дефолтный в одном, то он будет дефолтным везде. Мы просчитали, что принятие этого законопроекта на 2% снизит процентную ставку по кредитованию.

: Отсутствие главы Нацбанка хоть как-то влияет на деятельность банковского сектора?

Е. Коробкова: С уверенностью могу сказать, что нет. Потому что председателю НБУ Валерии Гонтаревой удалось создать команду, которая работает слажено. И ее заместителю (сейчас он и.о.) Якову Смолию удалось наладить абсолютно конструктивный диалог с профильным комитетом ВРУ и с парламентом. К нему с большим уважением относятся и в банковском секторе.

: Охарактеризуйте, пожалуйста, стратегию украинского банкинга – она отсутствует в принципе или она в корне неправильная?  

Е. Коробкова: Последние два года основной стратегией всего украинского банкинга было выжить. Сейчас банки пытаются найти своего клиента, развивая свои технологии, усиливая методики расчета кредитного риска и укрепляя свои подразделения финансового мониторинга. Однозначно можно сказать, что стратегией банковского бизнеса в Украине больше не является наращивание депозитной базы для кредитования смежных бизнесов своих акционеров. Поскольку вернуться к полноценному кредитованию населения и бизнеса не позволяет дырявое законодательное поле – банки предпочтительно ограничиваются мелкими кредитами наличными или целевым кредитованием – на приобретение бытовой техники, путешествия, ремонты… В общем – мелким и средним потребительским кредитованием. Некоторые банки, как например государственные «Укргазбанк» и «Ощадбанк», имея поддержку крупных международных доноров, делают подвижки в сторону кредитования МСБ или на «теплые» кредиты. Но это все равно не те масштабы, которые способны существенно повлиять на рост ВВП страны. Но и они, безусловно, очень важны.

: Какие, на ваш взгляд, шаги со стороны государства должны быть первоочередными, чтобы вывести отрасль из затяжной стагнации или не допустить еще большего кризиса?

Е. Коробкова: Для начала – перестать заниматься поверхностной уборкой и наконец-то начать ремонт. Пришло время структурных реформ, которые поломают старые схемы ухода от своих финансовых обязательств для крупных корпораций. Только так мы сможем наконец-то расчистить свои «авгиевы конюшни», я имею ввиду NPL, и создать реальную почву для экономического роста страны. Для этого нужно, чтобы парламент перестал заниматься популизмом и взялся за работу – перестал технически блокировать принятие финансовых законов.

  •  
  •  

Комментировать